В России продолжается пенсионная реформа, стартовавшая в 2019 году. Ее основная задача — поэтапно повысить возраст выхода на пенсию, что определено Федеральным законом № 350-ФЗ. В результате реформы он должен увеличиться на пять лет: для женщин — с 55 до 60 лет, для мужчин — с 60 до 65 лет.
Одновременно с повышением пенсионного возраста были ужесточены требования для получения страховой пенсии по старости. Теперь гражданам необходимо иметь не менее 15 лет страхового стажа и накопить минимум 30 индивидуальных пенсионных коэффициентов (ИПК).
Переход к новым правилам происходит постепенно. В 2026 году право на пенсию получили мужчины, достигшие 64 лет, и женщины в возрасте 59 лет. 2027 год станет последним этапом переходного периода. В этот год на пенсию на общих основаниях никто выходить не будет.
Уже спустя год и десять месяцев, начиная с 2028 года, реформа завершится. С этого момента в России окончательно закрепятся новые возрастные границы выхода на пенсию: 65 лет для мужчин и 60 лет для женщин. Это и станет финальной точкой масштабных изменений пенсионной системы.
Основным механизмом формирования выплат остаются страховые взносы работодателей в Социальный фонд России (СФР), объем которых напрямую коррелирует с размером «белой» заработной платы гражданина.
Несмотря на достижение фискальных целей по сокращению числа новых пенсионеров, экспертное сообщество все чаще характеризует промежуточные итоги реформы как неудовлетворительные.
Одной из главных проблем остается падение коэффициента замещения — отношения средней пенсии к средней зарплате. По данным ЕМИС, в 2025 году этот показатель обвалился до 23,3%, что значительно ниже уровня десятилетней давности (31,5% в 2015 году) и минимального порога в 40%, рекомендованного Международной организацией труда.
Стремительный разрыв в доходах работающего населения и пенсионеров обусловлен спецификой современной экономики. В условиях кадрового голода 2024–2025 годов бизнес агрессивно индексировал зарплаты, в то время как государственная корректировка пенсий жестко привязана к официальному индексу потребительских цен (ИПЦ) за прошлый год. Это создает ситуацию, при которой реальная покупательная способность пенсионных выплат не успевает за рыночной динамикой.
Помимо низкого коэффициента замещения, аналитики выделяют еще несколько критических факторов, свидетельствующих о пробуксовке реформы. Во-первых, бюджет Социального фонда России сохраняет зависимость от федеральных трансфертов, что опровергает тезис о полной самодостаточности системы после повышения пенсионного возраста. Во-вторых, демографическая нагрузка на одного работающего продолжает расти, сокращая устойчивость солидарной модели распределения средств.
К числу негативных факторов эксперты также относят «скрытое» снижение продолжительности жизни россиян в период после 2020 года, что сокращает период получения выплат (дожития), фактически превращая пенсионную систему в инструмент экономии бюджетных средств, а не в социальный лифт. Высокая инфляция на товары первой необходимости и медикаменты нивелирует ежегодные прибавки, оставляя уровень жизни пожилых граждан на грани выживания, что не могут не ощущать сами пенсионеры.
