Конфликт между Россией и Украиной не затихает, а характер атак постепенно меняется. Под удар все чаще попадают не только военные объекты, но и энергетическая инфраструктура, нефтеперерабатывающие предприятия, газовые объекты, склады, производства и другая гражданская инфраструктура. В российских регионах создаются мобильные огневые группы и специальные подразделения, которым приходится защищать все больше объектов.
Возможности противовоздушной обороны и средств противодействия беспилотникам постоянно расширяются, однако сама география угрозы становится серьезной проблемой. Объектов, которые потенциально нуждаются в защите, огромное количество, а маршруты полетов БПЛА заранее предсказать практически невозможно.
Особенно показательной стала история 9 сентября 2026 года, когда беспилотник достиг Нового Уренгоя. Губернатор ЯНАО Дмитрий Артюхов сообщил, что атака на промышленный объект была отражена, однако после падения обломков произошло возгорание.
Сам факт появления БПЛА в столь удаленном от украинской границы регионе вновь заставил обсуждать вопрос: насколько эффективно защищать огромную территорию России уже после того, как беспилотник оказался внутри страны. Именно на этом фоне в телеграм-каналах некоторых военкоров появилась идея создания своеобразного «периметра» — защитной линии по государственной границе.
Образ такой стены хорошо знаком по фантастике. У писателей-фантастов не раз появлялись системы, способные практически автоматически обнаруживать угрозу на подступах к границе и не пропускать ее дальше. В современной реальности речь, конечно, не идет о фантастических башнях с всесильным искусственным интеллектом.
Предлагаемая россиянами концепция гораздо прозаичнее: часть средств противодействия беспилотникам можно было бы сосредоточить непосредственно на наиболее уязвимых направлениях у границы. Тогда потенциальную угрозу пытались бы обнаружить и перехватить до того, как она пройдет сотни или тысячи километров над российской территорией.
Именно здесь возникает главный вопрос всей дискуссии. Сейчас потенциальный маршрут беспилотника может проходить через огромную территорию, где расположены города, промышленные предприятия, нефтебазы, электростанции, транспортные узлы и другие объекты. Чем дальше от границы находится возможная цель, тем больше пространства приходится контролировать.
Сторонники идеи «пограничной стены» считают, что концентрация части средств защиты на рубежах могла бы сократить эту проблему. В качестве примера приводится огромная протяженность сухопутной границы России. Даже если рассматривать только западные и северо-западные направления, речь идет о тысячах километров, поэтому масштаб подобной системы был бы колоссальным.
Именно поэтому идея вызывает споры. Построить сплошную технологическую линию, способную гарантированно остановить любой беспилотник, невозможно просто за счет установки большого количества одинаковых комплексов. Угроза меняется, беспилотники отличаются по характеристикам, а воздушная обстановка зависит от рельефа, погоды, высоты полета и множества других факторов.
Кроме того, пограничный периметр не способен заменить полноценную систему ПВО. В реальной обороне государства используются разные средства обнаружения и поражения воздушных целей, а защита крупных промышленных объектов требует отдельного подхода. Поэтому «стена» в данном случае скорее образ возможной эшелонированной защиты, чем буквальное сооружение вдоль всей границы.
При этом сама логика дискуссии изменилась после появления сообщений об атаках на удаленные российские территории. Если раньше главным аргументом была защита приграничных регионов, то теперь возникает вопрос о том, где должна проходить первая линия противодействия угрозе.
Защитники идеи периметра предлагают смотреть на проблему шире: не пытаться одинаково закрыть каждый завод, склад или энергетический объект на огромной территории, а создавать несколько эшелонов защиты, первый из которых располагается максимально близко к направлению возможного появления угрозы.
Но есть и очевидный контраргумент — стоимость, сложность и надежность такой системы. Даже если представить тысячи отдельных пунктов наблюдения и перехвата, расположенные каждые 500 метров государственной границы, их придется обеспечивать энергией, связью, персоналом. При этом полностью исключить прорывы такая система все равно не сможет. С другой стороны, государству и частным компаниям все равно приходится нести расходы на ремонт и защиту объектов внутри страны, финансирование мобильных огневых групп.
Атака на Новый Уренгой показала, что вопрос уже касается не только приграничных областей, центральной части России, Поволжья и Урала. Чем дальше беспилотники способны проникать вглубь российской территории, тем острее становится спор о том, где должна находиться первая линия их обнаружения и перехвата.
