Верховный суд России напомнил о необходимости проявлять осмотрительность при оформлении банковских вкладов с процентными ставками, которые значительно превышают официальные предложения кредитных организаций. Даже документы с печатями банка и подписью его сотрудника не гарантируют возврата денег, если средства фактически не поступили в кассу или на счет финансовой организации. К такому выводу пришла Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ, рассмотрев спор вкладчицы с банком.
История началась в 2020 году, когда женщина открыла в одном из банков два вклада: долларовый под 0,8% годовых и рублевый под 3,6%. Именно такие ставки были указаны в первоначальных договорах, а деньги поступили на банковские счета. Однако затем руководитель группы одного из офисов банка в Уфе заключила с клиенткой дополнительные соглашения. По ним доходность вкладов должна была составлять уже 9% и 11% годовых соответственно. Кроме того, женщина утверждала, что передавала сотруднице наличные непосредственно в отделении банка, рассчитывая таким образом пополнять депозиты. По ее словам, деньги она отдавала не только при первоначальном оформлении, но и позднее, в том числе после закрытия счетов.
Проблемы обнаружились, когда банк отказался начислять проценты по повышенным ставкам. Доход по долларовому вкладу рассчитывался исходя из первоначальных 0,8% годовых. При этом деньги женщине переводила сама сотрудница, а отправитель в платежах, как утверждала вкладчица, не указывался. Она воспринимала поступления как проценты по депозитам. После закрытия вкладов банк вернул остатки средств, а по долларовому депозиту выплатил проценты по первоначальной ставке. Однако деньги, которые клиентка, по ее утверждению, дополнительно передавала работнице, на счетах так и не появились.
В сентябре 2023 года в отношении сотрудницы возбудили уголовное дело. По версии следствия, с 2014 года она использовала служебное положение и похищала деньги, которые граждане передавали ей на рабочем месте. После этого вкладчица потребовала от банка вернуть все переданные суммы и выплатить проценты по ставкам из дополнительных соглашений. Финансовая организация отказалась удовлетворить требования, и спор перешел в суд.
Суд первой инстанции встал на сторону банка. Он указал, что кредитная организация выполнила обязательства по фактически зачисленным вкладам, а деньги, присвоенные сотрудницей, должны взыскиваться непосредственно с нее. При этом прием наличных и проведение кассовых операций не входили в ее должностные обязанности. Доказательств того, что на счета поступило больше средств, чем отражено в банковских документах, истица не представила.
Отдельное внимание суд обратил на необычно высокую доходность депозитов. Ставки 9% и 11% годовых существенно превышали официальные предложения банка и, как установила первая инстанция, примерно вдвое превосходили действовавшую ключевую ставку Банка России. Суд посчитал, что вкладчица должна была обратить внимание на столь значительную разницу. Кроме того, суд пришел к выводу, что между женщиной и сотрудницей существовали личные договоренности. По его оценке, клиентка понимала, что наличные, переданные работнице в обход официальной кассы, фактически не пополняют банковские вклады. Апелляционная и кассационная инстанции согласились с этими выводами.
Женщина обратилась в Верховный суд с просьбой пересмотреть дело. В жалобе она настаивала, что передавала деньги непосредственно в банковском офисе и получала кассовые ордера с печатью кредитной организации. По ее мнению, обычный клиент не обязан самостоятельно проверять предлагаемые проценты на соответствие ключевой ставке или разбираться в должностных полномочиях банковских работников. Контроль за действиями сотрудников, считала вкладчица, должен обеспечивать сам банк.
Однако Верховный суд не нашел оснований для отмены состоявшихся решений. Судебная коллегия указала, что нижестоящие инстанции установили: деньги, которые женщина передавала сотруднице в расчете на получение повышенных процентов, в банковскую кассу не поступали. При этом сама вкладчица не проявила необходимой осмотрительности.
ВС также напомнил о правовой позиции Конституционного суда, изложенной в постановлении от 27 октября 2015 года № 28-П. Согласно этому подходу, если добросовестность и разумность действий вкладчика не опровергнуты, договор нельзя признавать ничтожным или незаключенным исключительно по той причине, что его подписал сотрудник, не имевший соответствующих полномочий.
В рассматриваемом споре, однако, суды установили обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии необходимой осмотрительности со стороны клиентки. В частности, она передавала наличные непосредственно работнице, хотя деньги не поступали в кассу банка, а предложенная доходность заметно отличалась от официальных условий размещения средств.
«Истец при подписании договора и передаче денежных средств (сотруднице банка) не проявила необходимую в соответствии с правовой позицией Конституционного суда Российской Федерации […] осмотрительность», — указала Судебная коллегия.
В итоге Верховный суд оставил в силе решения трех нижестоящих инстанций, а жалобу вкладчицы отклонил. Таким образом, взыскать с банка деньги, которые клиент передал его сотруднику, но которые не были зачислены на счет кредитной организации, только на основании таких обстоятельств не удалось.
Загрузка реакций…







