Онкологическая служба в ближайшие годы может столкнуться с еще более серьезной нагрузкой. Число пациентов с впервые выявленными злокачественными новообразованиями растет, одновременно увеличивается и количество людей, которые благодаря современному лечению живут с онкологическим диагнозом долгие годы и находятся под диспансерным наблюдением, сообщает портал «Медвестник» со ссылкой на данные экспертов. На этом фоне специалисты говорят о необходимости менять не только подходы к финансированию медицины, но и действующие принципы регистрации лекарств и применения клинических рекомендаций.
Проблемы уже проявляются на уровне первичной онкологической помощи. Анализ работы центров амбулаторной онкологической помощи (ЦАОП) по итогам первого полугодия 2026 года показал, что обследование пациентов в ряде случаев проводится не полностью. При этом дорогостоящее диагностическое оборудование используется не с той эффективностью, которая могла бы обеспечить растущий поток пациентов.
На это обратила внимание заместитель руководителя отдела онкологической помощи НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина Анастасия Торопцева. По ее словам, одна из серьезных проблем связана с качеством данных о первичной диагностике. Из-за недостоверной информации онкологическим диспансерам приходится повторно проводить обследования, что увеличивает и сроки диагностики, и нагрузку на медицинскую систему.
Дополнительные сложности возникают из-за ручного ввода сведений. Как отметила Анастасия Торопцева, расхождение между данными, которые поступают из ЦАОП, и статистическими формами составляет 15–20%. Эксперт подчеркнула, что речь идет уже не о небольшой технической погрешности.
«И это не просто погрешность, это прямое искажение показателей выживаемости и нагрузки на систему. То есть объективно прозрачно картину мы до сих пор, к сожалению, увидеть не можем», — объяснила Анастасия Торопцева.
При этом проблема заключается не только в организации первичного обследования. Существенную часть ресурсов онкологической службы приходится направлять на пациентов, которые уже состоят под диспансерным наблюдением. Объем такой работы постепенно становится огромным. Главный внештатный онколог Комитета по здравоохранению Санкт-Петербурга Дмитрий Гладышев привел показательный пример. В городе около 200 тыс. человек должны посещать онколога четыре раза в год. Для одновременного обслуживания этой группы и пациентов с впервые выявленным заболеванием медицинской системе не всегда хватает ни специалистов, ни диагностического оборудования.
Последствия оказываются вполне ощутимыми. Ожидание компьютерной томографии может растягиваться до двух месяцев, а гастроскопии — примерно до полутора месяцев. В результате диагностика затягивается, а вместе с ней откладывается и начало необходимого лечения. Для онкологии, где время зачастую имеет принципиальное значение, подобные задержки становятся особенно болезненными.
Отдельная дискуссия развернулась вокруг клинических рекомендаций. По мнению главного специалиста по клинической онкологии Санкт-Петербургского Городского клинического онкодиспансера, заведующей кафедрой онкологии Медицинского факультета СПбГУ и президента РОО «Петербургское онкологическое научное общество» профессора Рашиды Орловой, требования к лечению постоянно расширяются, а некоторые предлагаемые схемы оказываются чрезвычайно дорогими и не всегда имеют достаточное экономическое обоснование.
Финансовая токсичность лечения, по словам эксперта, давно стала международной проблемой. Ее рассматривает и экспертный консенсус Европейского общества медицинской онкологии (ESMO), относя ее к системным клиническим проблемам. При этом простое увеличение финансирования, как считает Рашида Орлова, само по себе не позволит выполнить все положения клинических рекомендаций.
С аналогичной проблемой согласился заместитель директора по лечебной работе НМИЦ онкологии им. Н.Н. Петрова Андрей Карицкий. Он отметил, что требования клинических рекомендаций в полном объеме не могут выполнить ни региональные, ни федеральные медицинские учреждения. Поэтому эксперт предложил изменить сам принцип их применения.
По его мнению, клинические рекомендации целесообразно сохранить в качестве своеобразного эталона, в котором собраны наиболее современные научные подходы. Однако обязательными для медицинских организаций должны быть только те стандарты лечения, которые полностью обеспечены финансовыми ресурсами.
Масштаб расходов на лекарственное обеспечение также показывает, насколько быстро растет стоимость онкологической помощи. В Санкт-Петербурге расходы на льготное лекарственное обеспечение в 2000 году составляли около 600 млн рублей. Сейчас эта сумма достигает уже 30 млрд рублей.
При этом эффективность отдельных инновационных препаратов с точки зрения увеличения продолжительности жизни остается предметом серьезных дискуссий. Как рассказал председатель Ассоциации клинических фармакологов Санкт-Петербурга, заведующий отделением клинической фармакологии Детского городского многопрофильного клинического специализированного центра высоких медицинских технологий Александр Хаджидис, один из метаанализов показал: 69 инновационных препаратов, появившихся за последние 15 лет, увеличили медианную продолжительность жизни онкологических пациентов всего на 2,5 месяца.
Однако это не означает, что дорогостоящие препараты бесполезны. Главная сложность, по мнению Рашиды Орловой, заключается в отсутствии достаточной персонализации лечения. Инновационная терапия может оказаться малоэффективной для значительной части пациентов, тогда как для отдельных больных сочетание нескольких современных методов способно дать существенный результат. Эксперты при этом не говорят о необходимости сокращать финансирование онкологической помощи. Напротив, потребность в дополнительных ресурсах будет только увеличиваться. Вопрос заключается в том, как направлять имеющиеся средства таким образом, чтобы они обеспечивали максимально возможный эффект для пациентов.
Рашида Орлова считает, что оптимизацию можно начать уже на этапе регистрации лекарственных препаратов. В частности, при принятии решения о регистрации возможно учитывать потенциальные расходы на последующее применение препаратов — подобный подход, по словам эксперта, используется в Белоруссии. Кроме того, предлагается не включать в Перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП) все зарегистрированные схемы терапии без учета их реальной финансовой нагрузки. Еще одним направлением эксперт назвала смягчение требований к обязательному исполнению клинических рекомендаций. Речь при этом идет не об отказе от современных медицинских стандартов, а о поиске механизма, который позволил бы учитывать реальные финансовые возможности системы здравоохранения и особенности конкретных пациентов.
Одновременно с этим все острее становится кадровый вопрос. Федеральный проект «Борьба с онкологическими заболеваниями» позволил создать необходимую инфраструктуру онкологической службы и способствовал снижению смертности пациентов. Однако успехи в лечении неизбежно создают новую нагрузку: люди живут дольше, а значит, увеличивается и число пациентов, которым требуется длительное наблюдение и комплексная помощь. Новый национальный проект должен способствовать дальнейшему увеличению продолжительности жизни онкологических пациентов. Это означает, что пул людей, нуждающихся в медицинском сопровождении, продолжит расти. Одних лекарств и современного оборудования для этого будет недостаточно.
