В крупных российских регионах появились заметные признаки охлаждения рынка труда. За последний год число официально зарегистрированных безработных в Москве увеличилось на 70%, в Свердловской области — на 84%, а в Московской области — на 36%. Эксперты при этом считают, что речь пока идёт скорее о постепенном возвращении рынка труда к более сбалансированному состоянию после периода рекордно низкой безработицы.
По данным Росстата, в июне средний уровень безработицы в России составлял 2,2%. Однако ситуация в разных субъектах страны существенно отличается. Во втором квартале 2026 года самый низкий показатель зафиксирован в Калужской и Нижегородской областях — по 0,9%. Максимальный уровень пришёлся на Ингушетию, где он достиг 22,6%.
При этом в ряде крупных регионов количество людей, официально не имеющих работы, за год существенно выросло. В Москве в апреле–июне 2026 года насчитывалось около 98 тыс. безработных — примерно на 70% больше, чем годом ранее. Уровень безработицы в столице увеличился с 0,8 до 1,3%.
В Свердловской области рост оказался ещё заметнее. Число безработных достигло 56,8 тыс. человек, увеличившись на 84% за год. Региональный показатель поднялся с 1,5 до 2,7%.
В Московской области количество официально нетрудоустроенных выросло более чем на треть — до 88,5 тыс. человек. Безработица составила 1,8%. В Челябинской области число незанятых граждан увеличилось более чем на четверть, до 36,7 тыс., а показатель достиг 2%.
Похожая динамика наблюдается и в Кемеровской области. Сейчас работу там ищут около 8,6 тыс. человек против меньшего показателя годом ранее. Уровень безработицы вырос с 2,6 до 3,3%.
При этом рост показателей пока не означает масштабного кризиса на рынке труда. Эксперты характеризуют происходящее как постепенный выход экономики из периода сильнейшего кадрового дефицита. Гендиректор ВНИИ труда Владимир Смирнов отмечал, что при росте безработицы в отдельных субъектах она, наоборот, снизилась в 51 регионе. Ещё в 15 регионах показатель практически не изменился.
Одной из причин изменения ситуации специалисты называют высокую ключевую ставку, которая сейчас составляет 14%. Дорогие кредиты ограничивают инвестиционную активность компаний и заставляют бизнес внимательнее относиться к расходам.
На этом фоне предприятия начинают пересматривать кадровую политику. Если раньше работодатели старались сохранять сотрудников даже в периоды простоя из-за опасений нового дефицита кадров, то теперь всё чаще делают ставку на повышение эффективности и производительности уже имеющихся сотрудников.
Особенно быстро изменения отражаются на крупных экономических центрах. Там сосредоточено большое количество предприятий, поэтому даже относительно небольшое сокращение штата способно заметно изменить региональную статистику.
Дополнительным фактором становится автоматизация. Распространение цифровых технологий и искусственного интеллекта позволяет компаниям выполнять часть операций с меньшим количеством сотрудников. Особенно активно этот процесс идёт в крупных городах, поэтому именно регионы с миллионниками могут раньше других столкнуться с ростом числа безработных.
Отдельные проблемы связаны с состоянием конкретных отраслей. В Кемеровской области и Коми на рынок труда влияет кризис в угольной промышленности. Высокая доля убыточных предприятий в отрасли приводит к сокращению рабочих мест и усиливает давление на занятость в регионах, где угольный сектор играет значительную роль.
В дальнейшем безработица может увеличиться и в других субъектах России, однако масштабы этого процесса будут различаться. Особенно уязвимыми могут оказаться моногорода, экономика которых в значительной степени зависит от одного крупного предприятия. Если такой работодатель сокращает персонал, последствия для всего города оказываются значительно серьёзнее.
По оценкам экспертов, к декабрю средний уровень безработицы в России способен вырасти до 2,4–2,5%. Среднегодовой показатель в 2,4% ранее закладывало и Минэкономразвития в своём майском прогнозе.
Дальнейшее развитие ситуации будет зависеть от целого ряда факторов. Среди них — решение Центробанка по ключевой ставке в сентябре и октябре, положение дел в угольной и металлургической промышленности, динамика курса рубля и параметры бюджетной политики на 2027–2029 годы. Значение будет иметь и государственная поддержка занятости.
При этом даже уровень безработицы в 2,4% по итогам года остаётся относительно низким. Для работников такая ситуация сохраняет возможности для поиска работы и роста зарплат. Однако слишком продолжительный кадровый дефицит одновременно создаёт проблемы для бизнеса: увеличивает расходы на персонал, усиливает инфляционное давление и заставляет компании компенсировать нехватку людей переработками или наймом менее квалифицированных специалистов.
Экономист Никита Кричевский оценивает происходящее более критично. По его мнению, разговоры о «нормализации» и охлаждении рынка труда не должны скрывать сам факт роста увольнений.
Если компании начинают сокращать сотрудников, это может свидетельствовать не только о желании повысить производительность, но и о реальных финансовых трудностях. Особенно тревожным фактором становится распространение сокращений на сферу услуг, которая занимает значительную долю российской экономики.
Таким образом, говорить о масштабной безработице в России пока преждевременно. Однако рынок труда действительно начал отходить от экстремально низких показателей последних лет. Главный вопрос теперь заключается в том, останется ли этот процесс контролируемой коррекцией или постепенно перерастёт в более серьёзное сокращение занятости.
